Лунинец

Признание ВИЧ-инфицированной: «Я жить хочу! Жить одна, без мужиков»

В свои 33 года она не имеет ничего: ни семьи, ни прописки, ни даже паспорта. Запавшие щёки, бледный цвет лица, тело – кожа да кости. Но в глазах – искорка надежды…

Она верит, что всё наладится, что страшный диагноз удастся побороть.

На беседу со мной Наталья (так женщина попросила назвать себя в публикации) согласилась, как она призналась, чтобы выговориться - больно в себе держать. По стечению обстоятельств наша встреча состоялась в День борьбы со СПИДом, болезнью, которая раньше казалась ей какой-то «заморской», а теперь впилась в неё мёртвой хваткой.

О том, что больна ВИЧ-инфекцией, Наталья узнала 2 месяца назад, когда попала в больницу с пневмонией – ослабленный организм на фоне вируса иммунодефицита дал сбой.

- Я не поверила, когда мне сказали! Как же так? Почему это произошло именно со мной?! Хотя… - женщина на мгновенье задумалась, утирая слёзы, - вся моя жизнь такая горькая и бедовая.

Собирали конфеты с могил, чтобы не забыть вкус сладостей

Родилась Наталья в Житковичском районе. В семье росло 10 детей. Когда была маленькая, никто из них не был обделён родительской любовью. Но всё хорошее стало уходить после того, как отца посадили за кражу колхозной картошки. Вернулся из колонии, как озверел: начал пить, избивать мать. Та тоже запила. Всех десятерых детей забрали в интернат. Наталья училась в третьем классе.

- Домой нас отпускали иногда. Например, на Пасху, - вспоминает собеседница. – Мы ходили на кладбище, чтобы собрать конфеты, с могил… Тогда мы отъедались сладостей вволю.

А потом отец вовсе пропал. Мать ушла к сожителю. Дети перестали ездить домой.

«На «малолетке» было нормально…»

- Мне было 13 лет, когда подруга подбила на то, чтобы добыть денег, - в голосе Натальи звучит отчаяние. – Я согласилась. Ведь в подростковом возрасте много чего хочется…

Девочки-подростки напали на тёмной улице на женщину, раздели и ограбили её… По приговору суда Наталья получила 3 года условно. Но срок не вышел, а она, хотя повзрослела и уже училась в ПТУ, совершила новое преступление - украла у соседки по общежитию 200 тысяч. Наказание в полгода колонии обернулось, с учётом прежнего условного срока, в 3,5 года.

- «На малолетке» было нормально, а когда перевели во взрослую колонию, потяжелее стало. Но ничего, зона учит выживать. На свободу я вышла, когда мне уже исполнилось 19.

После «отсидки» деваться было некуда. Вернулась в родную деревню к матери, но у той - личная жизнь. Наталья стала учиться самостоятельности. Хотела сделать паспорт, поехала в Житковичи, но в паспортном столе растерялась, не знала к кому обратиться. Так вопрос с подачей документов на паспорт и не решила. Как, впрочем, и до сих пор.

Решила устроиться на работу в Минске, где жила одна из сестёр. Кое-как, подрабатывая у людей, собрала 200 тысяч. Но к месту назначения так и не попала, деньги по дороге украли.

Тогда Наталья отправилась к другой сестре, что поближе, – в Лунинецкий район. Приехала и осталась.

Сексуальных партнёров - как пальцев на руке

Разгульная жизнь, которую тогда вела сестра, пришлась по душе молодой девушке. В один момент сестра образумилась и остановилась. А Наталья уже не могла. Компании, пьянки… Иной раз она не знала, где просыпается утром. Один местный мужчина принял её к себе. Пили и гуляли вместе.

Зарабатывала тем, что ходила на разовые подработки к людям, рассчитывались, в основном, бутылкой. А большего ей и не надо было.

В компании напивались, а потом расходились по углам кто с кем. Как признаётся Наталья, её сожитель не вникал в то, с кем она на этот раз переспала. У него на первом плане была выпивка, а остальное – потом.

Первый сексуальный контакт, откровенничает собеседница, произошёл у неё ещё в подростковом возрасте. Зрелых лет мужчина пригласил её прогуляться на природу, там всё и случилось. А девочка сразу и не поняла, что делает с ней взрослый дядя.

После колонии Наталья познакомилась с парнем, с которым, по её словам, у них была любовь. На этом парне чувства закончились. Дальше – только половые партнёры.

Со злом говорит женщина о пожилом человеке, который «запал» на неё с тех пор, как она появилась в деревне.

- Он пользовался мной, когда ему приспичит… Это он меня заразил, - уверена Наталья. – А я заразила сожителя своего.

После того, как выяснилось, что у Натальи ВИЧ, кровь на анализ взяли и у гражданского мужа, и у других мужчин, с которыми она вступала в половую связь.

- А сколько их, других, у тебя в последнее время было? - спрашиваю, рассчитывая на откровенность…

Наталья загибает пальцы: - Восемь.

Говорит, что не врёт, что с учётом инфицированных пенсионера и сожителя, именно столько было мужчин. Выявился ли вирус иммунодефицита у кого-то из остальных её партнёров, в том числе женатых, ей не известно.

«Только на Бога надеюсь…»

Женщина не может долго разговаривать. Она быстро утомляется, её мучит кашель. Ей только 33, но болезнь привела её в состояние старухи.

А что же другие братья и сёстры? Хорошо в жизни устроилась только минская сестра. Один брат повесился, другой пропал без вести…

- Что там с кем мне не известно. Я никому не нужна.

Измученный взгляд устремляется в прошлое:

- Знаете, я ночами не сплю, думаю всё. Сейчас бы всё изменила: не пила бы, не гуляла… Сделала бы паспорт, на работу пошла… Ещё летом я весила 58 килограмм, а сейчас вот, чуть больше 20. Слава Богу, что детей у меня нет...

Видно, как горький комок подступает к её горлу:

- Боюсь на улицу выйти – забьют.

- Чтобы другие твоих ошибок не повторили, что посоветуешь?

- Не делайте глупостей, женщины. Лучше самой по себе быть. Мне худо совсем, но я буду лечиться. Я жить хочу! Жить одна, без мужиков. Но только на Бога надеюсь…

Афиша